Верховный Суд РФ проверит законность освобождения должника от долгов в деле о банкротстве гражданина

Автор: Юлия Трофимова, партнер, руководитель практики правового бюро «Олевинский, Буюкян и партнеры»

20 июля 2026 года Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ рассмотрит кассационную жалобу акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – Россельхозбанк, банк, заявитель) на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2025 и постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 18.11.2025 по делу № А43-194/2023 о несостоятельности (банкротстве) Жукова Вячеслава Владимировича (далее – должник) в части освобождения от исполнения обязательств перед Россельхозбанком и публичным акционерным обществом «Совкомбанк» (далее – ПАО «Совкомбанк»).

В рамках дела о банкротстве финансовый управляющий Коваленко О.В. обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 06.04.2023 Жуков В.В. признан несостоятельным (банкротом), была введена процедура реализации имущества. В реестр требований кредиторов включены требования на общую сумму 1 437 571 рублей, в том числе требования Россельхозбанка и ПАО «Совкомбанк».

Особенностью рассматриваемого дела стало то, что в период с 25 по 27 июля 2022 года должник, имея на руках действующие кредитные обязательства перед ПАО Сбербанк и ООО «СК «Согласие», а также только что взятый 19.07.2022 кредит в ПАО «Совкомбанк» на небольшую сумму (114 652 рублей), заключил четыре новых кредитных договора в разных банках на общую сумму более 1 млн. рублей:
•    25.07.2022 – с АО «Банк Русский Стандарт» на сумму около 400 тыс. рублей;
•    25.07.2022 – с ПАО «Совкомбанк» на сумму 300 тыс. рублей;
•    26.07.2022 – с АО «Россельхозбанк» на сумму 234 тыс. рублей;
•    27.07.2022 – с АО «Почта Банк» на сумму 91 тыс. рублей.

При заполнении анкет должник указывал ежемесячный доход в размере 60–70 тыс. рублей, тогда как по данным Социального фонда России его максимальный ежемесячный доход в 2022 году составил 31 тыс. рублей. При этом о наличии иных кредитных обязательств должник банкам, как правило, не сообщал. Все указанные договоры исполнялись лишь до октября–ноября 2022 года, после чего платежи прекратились. Всего за весь период было погашено около 100 тыс. рублей.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 10.04.2025 процедура реализации имущества гражданина была завершена, но суд отказал в освобождении должника от дальнейшего исполнения требований перед ПАО «Совкомбанк» (в размере 400 856,45 рублей) и Россельхозбанком (в размере 237 918,68 рублей), применив абз. 4 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции исходил из того, что действия должника по наращиванию кредитной нагрузки за три дня на сумму более 700 тыс. рублей при имеющейся задолженности и уровне дохода, не позволяющем обслуживать такие обязательства, нарушают принцип добросовестности. Кредитные организации, учитывая периодичность обновления кредитных историй, не могли оперативно проверить реальный объем кредитной нагрузки заемщика. Суд пришел к выводу, что должник предоставил банкам недостоверные сведения о своем финансовом положении.

Постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2025 определение суда первой инстанции в обжалуемой части отменено, принят новый судебный акт об освобождении Жукова В.В. от дальнейшего исполнения требований перед обоими банками.

Апелляционный суд указал, что доказательств умышленного предоставления заведомо ложных сведений должником не представлено. Должник предоставлял полную информацию о своем финансовом положении финансовому управляющему и суду, а банки, как профессиональные участники кредитного рынка, имели возможность проверить достоверность сведений, но не сделали этого. Суд также принял во внимание, что должник частично исполнял обязательства до ноября 2022 года, а прекращение платежей было связано с тяжелой жизненной ситуацией – перенесенной операцией и установлением бессрочной инвалидности II группы с 05.04.2023. Признаков преднамеренного или фиктивного банкротства не установлено, имущество не скрывалось.

Постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 18.11.2025 постановление апелляционной инстанции оставлено без изменения.
Суд округа поддержал выводы апелляционного суда, дополнительно отметив, что в анкете-заявлении Россельхозбанка отсутствовала графа, прямо обязывающая заемщика указывать сведения о наличии иных кредитных обязательств, имелась лишь графа «ежемесячные расходы». В связи с этим банк не вправе вменять должнику то, что он не указал такую информацию.

В кассационной жалобе в Верховный Суд РФ (определение от 18.06.2026 № 301-ЭС26-525(3)) Россельхозбанк настаивает на недобросовестности должника, которое выразилось в следующем:

• наращивании кредиторской задолженности в течение трех дней при заведомо недостаточном уровне дохода
• предоставлении недостоверных сведений о размере ежемесячного дохода (указание 60–70 тыс. рублей против фактических 31 тыс. рублей
• сокрытии информации о наличии иных кредитных обязательств, что не позволило банкам объективно оценить кредитоспособность заемщика и принятые им на себя риски.

Банк полагает, что указанные действия свидетельствуют об умысле на незаконное получение кредитных средств без намерения их возвращать и являются основанием для отказа в освобождении от долгов в силу абз. 4 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве.

Судья Верховного Суда РФ Борисова Е.Е. изучила доводы жалобы и материалы дела и пришла к выводу, что доводы заявителя заслуживают внимания и свидетельствуют о наличии существенных нарушений норм материального права. В связи с этим кассационная жалоба передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ.

Безусловно, и не подлежит сомнению, что для ответа на вопрос – применимо ли к гражданину правило освобождения от исполнения обязательств, суды должны оценивать действия должника, как при принятии обязательства (оформление кредита/займа), так и при его исполнении (погашении). При этом необходимо понимать, что в правоотношениях «гражданин-заемщик и банк-кредитор» у банка есть широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина (информация из БКИ, анкеты-заявления, запрос у гражданина информации о его доходах и имуществе).

Законодательство о банкротстве позволяет освободиться от долгов честному должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение (пункты 3 и 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). 

При установлении недобросовестности должника суд в зависимости от обстоятельств дела, с учётом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестных кредиторов от недобросовестного поведения должника, в виде отказа в освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов после завершения банкротных процедур. 

Одновременное обращение потенциального заемщика в разные банки для определения оптимальных для него условий кредитования еще не свидетельствует о недобросовестном поведении должника. 

Вместе с этим, после определения оптимальных условий кредитования стандартным поведением добросовестного заёмщика является обращение в банк, предложивший лучшие условия для того, чтобы получить кредит на всю необходимую сумму, предоставив тем самым банку возможность оценить перспективы и риски заключения сделки. При одновременном обращении за получением кредита в несколько банков стандартным поведением добросовестного потенциального заемщика станет указание информации о получении им заемных средств в иных кредитных учреждениях, так как иное лишает кредиторов возможности объективно оценить риски и возможности заемщика исполнить обязательства.

В деле нет сведений о том, на какие цели были израсходованы кредитные средства. При этом с учетом периодичности принятия кредитных обязательств и сроков включения сведений о кредитных обязательствах в кредитную историю, последующие кредитные организации не могли проверить факт наличия у должника кредитной нагрузки. 

На мой взгляд, подход судов апелляционной и кассационной инстанций, фактически возложивших на банки все риски проверки достоверности сведений и освободивших должника от долгов, противоречит смыслу института банкротства, который не должен служить инструментом для злоупотреблений.

Так, в определении Верховного Суда РФ от 26.05.2025 № 304-ЭС24-24028 по делу № А03-9272/2023 судебная коллегия указала следующее: «Сокрытие от банков информации о реальной цели получения кредитных средств также лишило кредиторов возможности объективно оценить риски при их выдаче и предостеречь от сомнительных финансовых вложений предоставляемых денежных средств. Судебная коллегия соглашается с выводами суда округа о том, что действия Росса П.П. ограничили возможности кредиторов по оценке рисков заключаемых с должником сделок (абзац четвёртый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве), и, следовательно, возложение всех негативных последствий от неисполнения таких сделок на должника путём отказа в получении им выгоды – освобождения от обязательств перед кредиторами в рассматриваемом случае является справедливым».

Передавая жалобу на рассмотрение, судья Верховного Суда РФ, по сути, поставил под сомнение обоснованность освобождения должника от обязательств в ситуации, когда его поведение имеет явные признаки недобросовестности.

Думаю, что Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ отменит судебные акты апелляционной и кассационной инстанций в части освобождения должника от обязательств перед банками, указав на необходимость более тщательной оценки добросовестности поведения должника, особенно в части причин и обстоятельств возникновения задолженности непосредственно перед банкротством.

Федресурс