13 января 2023

О возможности взыскания убытков с кредиторов должника

Статья юриста правового бюро Ксении Мелешиной для интернет-издания "Экономика и жизнь"

Федеральный закон №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 (далее – Закон о банкротстве) установил специальные нормы, регулирующие порядок взыскания убытков с арбитражных управляющих и с контролирующих должника лиц. Кредиторы должника, очевидно, ни к одной из этих категорий не относятся.

Как поступать и какими нормами руководствоваться в случае, когда убытки должнику причинены кредиторами, решал ВС РФ в определении от 14.11.2022 № 307-ЭС17-10793 (26-28) по делу № А56-45590/2015).

Собрание кредиторов приняло решение о продолжении хозяйственной деятельности должника в ходе конкурсного производства. При осуществлении деятельности должник (исполнитель) в лице конкурсного управляющего заключил договор процессинга и сопутствующие ему сделки с заказчиком (конкурсный кредитор должника). Собрание кредиторов все эти сделки одобрило, но только через два года после того, как их заключили.

Налоговая служба посчитала, что при реализации процессинговой схемы правоотношений с разделением центров прибыли и убытков, группа контролировавших процедуру банкротства должника лиц, включающая конкурсного управляющего и три юридических лица, причинила должнику и кредиторам убытки. Налоговая служба обратилась в суд с заявлением о взыскании с указанных лиц солидарно денежные средства в рамках дела о банкротстве.

Безальтернативность как довод

Суды первой и апелляционной инстанции отказали в удовлетворении заявленных требований. По их мнению, процессинговая схема была необходима в связи с особенностями производственного цикла и с тем, что должник – безальтернативное ресурсоснабжающее предприятие для целого поселка.

Также суды отметили недопустимость привлечения к ответственности конкурсных кредиторов по правилам главы III.2 Закона о банкротстве, регулирующей ответственность контролирующих должника лиц. Суды указали, что кредиторы не образуют орган управления должником, тождественный корпоративному, в связи с этим они не могут считаться лицами, контролирующими процесс банкротства должника.

Суд округа не согласился с тем, что договор процессинга был необходим, отменил акты нижестоящих судов в части отказа во взыскании убытков с конкурсного управляющего и направил спор на новое рассмотрение. По мнению окружного суда налоговый орган привел достаточные доказательства того, что договор был заключен с целью формирования на стороне должника центра убытков, а на стороне кредиторов – центра прибыли.

В то же время суд округа поддержал вывод нижестоящих судов о том, что убытки не могут быть взысканы с кредиторов.

Конкурсный управляющий и СРО обжаловали судебный акт в части возврата спора на новое рассмотрения, указывав что основания для взыскания убытков с конкурсного управляющего отсутствуют. А общество, напротив, просило отменить судебные акты первой и апелляционной инстанции полностью, а судебный акт округа – в части оставления в силе актов нижестоящих судов. Общество настаивало, что к ответственности в виде взыскания убытков необходимо привлечь и конкурного управляющего, и иных сопричинителей вреда.

ВС РФ отклонил доводы СРО и конкурсного управляющего, указав, что добросовестный управляющий должен предпринимать меры для получения максимальной прибыли и заботиться о рентабельности производственной деятельности, если должник продолжает ее осуществлять. Этот вывод в целом соответствует ранее сложившейся практике, в частности, схожая позиция отражена в п. 4 «Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2016)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 19.10.2016).

Наиболее интересными с точки зрения влияния на практику рассмотрения подобных споров стали выводы Верховного суда о возможности взыскания в деле о банкротстве убытков с кредиторов должника.

Как позиция ВС РФ по делу о банкротстве повлияет на практику

Верховный суд РФ отменил судебные акты всех нижестоящих судов и направил спор на новое рассмотрение, отметив в том числе, что извлечение кредиторами выгоды из убыточной для должника деятельности не должно оставаться безнаказанным.

Общество в своей кассационной жалобе указало, что достаточной материально-правовой основой для солидарного взыскания убытков с группы сопричинителей вреда, куда входят в том числе кредиторы, являются ст. ст. 10, 15, 1064, 1080 ГК РФ, в соответствии с которыми если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, то это лицо вправе требовать возмещения причиненных ему убытков.

Два важных вывода, которые Верховный суд РФ сформулировал по результатам рассмотрения жалобы и на которые возможно будет ссылаться в дальнейшем при рассмотрении аналогичных дел:

  • с кредиторов и иных причинивших должнику вред лиц можно взыскать убытки в деле о банкротстве на основании общих норм ГК РФ, применение специальных положений Закона о банкротстве при этом не требуется;
  • вывод о вине причинителей вреда может быть сделан исходя из совокупности согласующихся между собой косвенных доказательств по принципу: «установленные обстоятельства указывают на то, что скорее всего событие произошло только в результате согласованных действий».

Таким образом, ВС РФ не только указал на возможность взыскания убытков с кредиторов и иных лиц, об ответственности которых прямо не говорится в Законе о банкротстве, но и отметил возможность применения пониженного стандарта доказывания их вины.

Сформулированный подход может оказать положительное влияние на практику рассмотрения аналогичных дел, так как отказ во взыскании убытков с причинивших должнику вред лиц по формальным основаниям отсутствия в Законе о банкротстве специальных норм об их ответственности по своей сути противоречит базовому запрету злоупотребления правом. Отказ во взыскании с таких лиц убытков в деле о банкротстве влечет за собой невозможность предъявления тождественного иска и вне рамок дела о банкротстве.


Ксения Мелешина, Экономика и жизнь